Импрессионизм в скульптуре России

Скульптурный импрессионизм развивался на рубеже веков и поэтому втягивался в структуру художественного сознания, типичного для этого времени. В импрессионизме могли появиться черты модерна, символизма и экспрессивного гротеска. Уже современники трактовали пластику импрессионизма как искусство круга Гюисманса и Малларме, как скульптуру, напоминающую видения символиста Эжена Каррьера. Зритель, настроенный «просимволистски», воспринимал скульптурный импрессионизм как таинственный «шепот форм», намеки, неясности. Во французских выставочных залах произведения Россо и Трубецкого выставлялись рядом с картинами Родена и Каррьера. В России срастание импрессионистического и символистского наметилось у Голубкиной («Там вдали музыка и огни», «Туман», «Кустики», «Болото»). В творчестве Андреева импрессионистические портреты выполнялись одновременно с произведениями, выдержанными в стиле «Ар Нуво». У Трубецкого под влиянием модерна появлялась особая маньеристичность трактовки форм: удлиненность пропорций, изломанный ритм. В памятнике, как жанре, удаленном от импрессионизма, «средства импрессионистического языка превращаются в средство экспрессионистической выразительности». В пространственных видах искусств импрессионизм обретал «среду» стиля модерн (композиция Голубкиной «Волна», у которой есть и другие названия, органично вошла в структуру фасада здания, спроектированного архитектором Ф. И. Шехтелем).

Но главное все же скрывалось в другом. Импрессионизм в скульптуре функционально довыполнил те задачи, которые стояли перед реализмом. Его борьба против академизма, салонного искусства и натурализма была исторически прогрессивной. Идеи верности натуре, передачи живого впечатления в ней не противоречили требованиям реалистического искусства, хотя, конечно, импрессионизм не был реализмом, и многие установки его и вовсе уводили в сторону от задач реалистического искусства.

Традиции импрессионистической пластики пронизывают творчество разных мастеров XX века. Интерес к живописности, культу мягких материалов встречается у ряда итальянских скульпторов, например, у Дж. Манцу. Поэтичность образов оставалась в произведениях Ж- Минне и Г. Кольбе. Пространственные задачи использовал А. Джакометти. В России импрессионистические реминисценции ожили в 1920-е годы в творчестве С. Д. Лебедевой, Л. В. Шервуда,

В.      Н. Домогацкого. Импрессионизм оказал широкое воздействие на скульптурное мышление нашего века, но никем не был воспринят как цельная система. Оживали в последующее время лишь отдельные мотивы. Вскоре стали укрепляться «постимпрессионистические» тенденции в скульптуре. Импрессионизм стал критически рассматриваться как некий «провал» в истории искусств, как пример нарушения специфических законов скульптуры, как подмена пластики живописью. Характерно, что импрессионизм не перешел в традицию, он исчез. Да и сам импрессионизм не знал развития. Его история — это история приобщения и измен отдельных крупных мастеров. Импрессионизм сложился в 1880-е годы и кончился в 1910-е. Здесь не было ни «раннего», ни «позднего» периодов. Еще Н. Н. Врангель подчеркивал, что бесцельно разбирать произведения Трубецкого в хронологическом порядке — одни из них лучше, другие хуже, но и только. М. Россо переживает творческий кризис к 1900-м годам. Плодотворный период у Трубецкого завершился к 1910-м годам. Голубкина в начале 1910-х увлекается неоклассицизмом. Андреевский эпизод обращения к импрессионизму завершился во время работы над памятником Н. В. Гоголю (1909).

Оценка импрессионизма кроется в его двойственности. Импрессионизм был наследником реалистического искусства прошлого века, и сам стремился к точному воспроизведению натуры, дорожил обликом действительности. Но метод его был чреват возможностью абсолютизации впечатления, которое уже отлетало от объективной передачи живого образа мира. Традиции импрессионизма могли быть развиты последующими поколениями, желавшими уточнения реалистического видения также и теми, кто шел по пути отвлеченного эксперимента над зрением.

Гузотто Р. Импрессионизм в скульптуре // Импрессионизм в скульптуре России/Р.Гузотто М., 1999, С. 27-34